Кэтрин Куртц - Дерини. Трилогия [ Возрождение Дерини. Шахматы Дерини. Властитель Дерини]

Каждый из этих джентльменов по крайней мере наполовину Дерини, и с нашей точки зрения должны считаться чистокровными в соответствии с решением нашего предыдущего собрания. — Он повернулся к троим новоприбывшим. — Государь, милорды, я в некотором роде имею удовольствие представить вам Совет Камбера. Посмотрим, хранит ли он верность своим древним заветам.

Все трое учтиво поклонились, затем Морган почтительно кивнул епископу:

— Ваше преосвященство, могу я задать несколько вопросов?

— Разуме…

— Вопросы будем задавать мы, — резко прервала его Вивьен. — Почему вы решили явиться на Совет?

— Нас пригласил милорд Арилан, миледи. Если я верно понял, этот Совет выступает от имени всех Дерини?

— Это бастион древних заветов, — холодно ответила Вивьен. — Осмелишься ли ты, полукровка, оспаривать наши древние обычаи?

Морган удивленно приподнял бровь и простодушно посмотрел на разгневанную леди:

— Миледи, конечно же, нет. Но, если я не ошибаюсь, это ваши древние обычаи помогли во время поединка нашего короля и властителя с леди Кариссой. Без силы, исходившей, как мне хочется верить, от этого Совета, его величество не имел возможности обрести могущество, достаточное, чтобы одолеть смертельного врага.

— Конечно, — с раздражением ответила Вивьен. — Молодой Халдейн — достойный представитель нашего рода. По матери он — из чистейших Дерини, хотя и забывших на долгие годы о своем происхождении. С отцовской стороны он происходит от древних Халдейнов, которых избрал блаженный Камбер, дабы они воцарились со славой, пожав плоды Великого Открытия. Поэтому мы и признаем его одним из нас. Келсон всегда пользовался нашим покровительством, даже не зная об этом. Он получит его вновь, и лорд Арилан также. Совет смущают двое других.

— Я и Дункан?

— Ваши матери — Дерини, они родные сестры, это важно для нас. Но отцы ваши обычные люди — и это ставит вас вне нашего сообщества.

— Но как быть с их силами? — горячо спросил Тирцель, без стеснения прерывая Вивьен. — Морган, это правда, что вы и Мак-Лайн можете исцелять?

Морган долго смотрел в глаза Тирцеля де Кларона, потом пробежал глазами по лицам других членов Совета. В них читалась антипатия к нему — у кого страстная, у кого послабее, и Морган не был уверен, что ему так уж хочется раскрываться сейчас перед ними. Он посмотрел на Арилана, надеясь, что тот подаст ему какой-нибудь знак. Но епископ не пошевелился. Что ж, хорошо. Он осторожно сменит направление разговора, чтобы Совету пришлось защищаться, чтобы они поняли, — полукровка Аларик Морган или нет, а ссориться с ним не стоит.

— Могу ли я исцелять, — мягко повторил он. — Может быть, чуть позже мы поговорим и об этом. Пока что я хочу снова спросить относительно нашего с Дунканом положения. Если, как мы полагаем, нашего происхождения со стороны матери достаточно, чтобы нас можно было вызвать на настоящий поединок, разве не можем мы просить соответствующей помощи? Если мы с моим кузеном, подвергаясь равной с другими опасности, не можем рассчитывать на равную защиту — где правосудие Дерини, милорды?

— Вы подвергаете сомнению наши полномочия? — осторожно спросил Корам.

— Я прошу ваших полномочий там, где мы сами не можем защитить себя, сражаясь на равных, — ответил Морган. Корам сел и слегка кивнул. Морган продолжил: — Я не претендую на то, чтобы понимать все, что связано с моим происхождением, но я думаю, его величество может подтвердить вам, что некоторое представление о правосудии я имею. Если вы лишаете нас покровительства и при этом заставляете сражаться с чистокровными Дерини, использующими все свои силы, — вы обрекаете нас на смерть. Уж, конечно, мы ничего не сможем с этим поделать.

Слепой Баррет повернулся к Арилану:

— Попросите, пожалуйста, ваших друзей подождать снаружи, Денис. Нам необходимо обсудить все это. Мне не хотелось бы выносить наши внутренние разногласия наружу.

Арилан кивнул и посмотрел на трех своих спутников.

— Подождите у Хода, пока я не позову вас, — тихо сказал он.

Как только дверь закрылась, Торн вскочил на ноги и стукнул пухлой рукой по столу.

— Это неслыханно! Вы не можете допустить, чтобы Совет покровительствовал полукровкам! Вы слышали, как воинственно настроен Морган. Неужели вы допустите это?

Баррет повернулся к Кораму, пропустив вспышку Торна мимо ушей.

— Что ты думаешь, Стефан? Мне нужен твой совет. Может быть, вызвать Венцита с Ридоном сюда, чтобы они дали объяснения?

Глаза Корама потемнели, лицо его стало решительным.

— Я против того, чтобы звать сюда отщепенцев, особенно двух упомянутых. Трех посторонних на сегодня более чем достаточно.

— Вы горячитесь, Стефан, — сказала рыжеволосая Кири. — Все мы знаем ваше отношение к Ридону, но ведь все это было много лет назад. Неужели вы не можете забыть ту старую ссору ради нашей общей безопасности?

— Это не вопрос нашей безопасности. Речь идет о двух Дерини-полукровках. Если Совет решит вызвать на заседание Венцита и этого второго господина — что ж, это его право. Но без моего одобрения — и, пожалуйста, в мое отсутствие.

— Вы покинете заседание Совета? — спросила Вивьен; на ее лице было написано удивление.

— Покину.

— Я тоже уйду, если сюда придет Ридон, — добавил Арилан. — Он не знает, что я Дерини, и я хочу, чтобы ему это было неизвестно как можно дольше. Это поможет королю на магическом поединке, если, конечно, нам не удастся избежать его.

Баррет медленно кивнул.

— Да, это важно. И то же самое касается Венцита. Совет согласен? Наконец, что вы думаете о Моргане и Мак-Лайне? Оказать ли им наше покровительство?

— Конечно, да! — воскликнул Тирцель. — Венцит оскорбил Совет не только этой затеей с подставными судьями. На его стороне — двое чистокровных смертных, которых он просто обучил магии. В них нет ни капли крови Дерини. Почему бы нам тогда не согласиться официально служить судьями в этой магической дуэли? Пусть завтра на поединок явятся настоящие судьи из Совета и окажут покровительство всем восьмерым. Это почти законно, не говоря уже о том, что это — самое безопасное из возможного. А кто победит — это зависит от сил и искусства сражающихся. Вы все это знаете.

Наступила тишина, и Вивьен кивнула своей седой головой.

— Тирцель прав, хотя и бывает слишком горяч. Мы как-то не обратили внимания, что два боевых напарника Венцита — не Дерини; и потом он открыто выступил против нас, решив объявить судьями неведомо кого. Что же до Моргана и Мак-Лайна, — она пожала плечами, — пусть будет так. Если удача будет на их стороне и они победят, это будет значить, что они достойны нашего покровительства. Мы в любом случае ничего не теряем.